Джон Харди: большая тройка. Какие факторы будут влиять на доллар, евро, и иену в третьем квартале

Первое полугодие 2017 запомнился падением волатильности на всех глобальных рынках, особенно после того, как в Европе прошли президентские выборы во Франции. Рисковые активы росли на фоне всеобщего спокойствия.

Глобальные рынки наслаждались так называемой “Экономикой Златовласки”: ослабление инфляции не подпускало к рынкам центробанковских “ястребов”, а неудачи Трампа в торговой политике ослабляли доллар. Плавное пике доллара во втором квартале и всё ещё сверхщедрая политика Европейского Центрального Банка и Банка Японии обеспечивали рынкам колоссальный приток ликвидности.

Несмотря на то, что Федрезерву США все таки удалось провести второе повышение ставки, финансовые условия все еще очень близки к раннему началу цикла повышения ставок – это видно как по корпоративным кредитным спредам, так и по спрэдам на облигации развивающих рынков.

Помимо нереализовавшейся программы Трампа в области торговли и низких уровней инфляции в США, выход серии в целом слабых макроэкономических данных также способствовал ослаблению доллара, заставляя рынки стоять в опозиции к “ястребам” из Федрезерва и гадать на кофейной гуще о дате следующего повышения ставки.

В дальнейшем сохранять сложившуюся ситуацию “Экономики Златовласки” будет все сложнее и сложнее, хотя скорее всего, вся эта история будет тянуться еще большую часть лета, и реальный рост волатильности мы увидим уже с наступлением осени.

Доллар: торговая политика Трампа тонет в болоте

К концу второго квартала, доллар сделал полный круг – долларовый индекс растерял весь свой рост с момента избрания Трампа президентом в ноябре.

Неспособность Трампа к продвижению своей торговой политики и его безрезультатная конфронтация с вашингтонским эстеблишментом привели к тому, что рынок практически полностью списал со счетов потенциал его политики в области торговли (ожидаемая комбинация налоговых реформ и фискальных стимулов, которые должны были разогнать американскую экономику и укрепить доллар).

Само по себе это возможно и не уронило бы доллар так сильно, если бы не поток слабых экономических данных по США во втором квартале, особенно на фоне экономик Европы и Японии, стремительно уходящих в отрыв.

Доллар все еще остается достаточно дорогим и продолжит ослабляться до тех пор, пока в третьем квартале будет сохраняться “Экономика Златовласки”, но ожидающие нас в будущем более “ухабистая дорога” и растущая рыночная волатильность помогут вернуть доллару статус “тихой гавани” и обеспечат ему надежную поддержку.

Существует риск того, что битва за “потолок” американского бюджета в конце третьего квартала может оказывать давление на доллар, но при этом остается вопрос намерений Федеральной Резервной Системы и как очевидный фактор риска – более агрессивная политика повышения ставок.

Европа – революцию заказывали?

Во втором квартале этого года, Эммануэль Макрон одержал уверенную политическую победу на выборах во Франции. Теперь у его партии, теоретически, появился мощный мандат на проведение глубинных реформ для трансформации французской экономики, которая долгие годы являлась отстающей.

Стимулов более чем щедрого Европейского Центрального Банка по всей видимости пока достаточно, чтобы Европа и в третьем квартале оставалась на положительной волне роста, хотя опасения относительно замедления глобального ВВП в конце концов поразят самое сердце Европейского Союза, прежде всего – Германию, так как страны – экспортеры, при остывании внешнего экономического климата, всегда страдают в первую очередь.

Тем не менее, все эти сложные экзистенциальные вопросы для Европейского Союза, наподобие помощи Греции, итальянских выборов или структурных реформ в самом Европейском Союзе – все это подождет, до тех пор, пока в Германии в сентябре не пройдут выборы, ведь Греция “вела себя хорошо”, и теперь долговая помощь ей является математическим императивом.

Чтобы Европейскому Союзу сохранить себя в своей текущей форме после сворачивания стимулов ЕЦБ, необходимо начать плавный переход к так называемому “объединенному общеевропейскому долгу”. Частично это относится к самому слабому звену ЕС – Италии.

Что касается долговой помощи Греции и объединения ее долга с европейским, то для канцлера Германии Ангелы Меркель эта тема сейчас под запретом, по крайней мере до выборов. И даже если после выборов она решит смягчить свою позицию и взять курс на долговую интеграцию, это скорее всего произойдет уже ближе к окончанию ее последнего срока на посту, когда она начнет впадать в “ностальгию”.

Что же касается третьего квартала, то рост евровалюты может приостановиться на фоне подъема волатильности, в частности в связи с тем, что изначальный энтузиазм в отношений единой европейской валюты базировался на положительной экономической истории, а последние негативные сценарии развития идут с этим в разрез.

Скупка евровалюты, сами настроения по ней и спекулятивные позиции – все это уже даже сейчас начинает восприниматься чересчур оптимистичным.

Тем не менее, пара евро-доллар может предпринять серьезную попытку протестировать уровень 1:1500 с хвостиком, до сопротивления на уровнях 2015-го и 16-го года, но значительного ухода выше этой отметки не ожидается.

Иена

Прогноз по Иене во многом зависит от доходности облигаций в 3-м квартале. Если инфляция останется низкой и глобальный рост окажется под вопросом, то все еще очень низкие уровни доходности по бондам приведут к укреплению Иены по причине репатриации активов легендарными японскими сберегателями и закрытием хеджей иностранными инвесторами в случае падения индекса Nikkei.

Даже при более положительном сценарии японская Иена все равно выглядит очень слабой, и тенденция центральных банков к постепенному ужесточению затронет в конечном итоге и Японию, где глава Банка Японии Харухико Курода может быть вынужден пересмотреть свой прогноз с учетом положительных изменений в японской экономике.

Таким образом, риски падения по иене ограничены, если только мы не увидим комбинацию из более высоких ставок и минимальную или полностью отсутствующую волатильность на рынке. Это, кстати, вполне возможно, если “Экономика Златовласки” продолжится все лето, но не далее.

Джон Харди, главный валютный стратег инвестиционного банка Saxo Bank